Развод с иностранцем в России. Почему могут возрасти судебные издержки?

Любовь – самое возвышенное из чувств, не ведающее лингвистических, культурных и юридических барьеров – все же не всегда оказывается вечной. И когда супружеской идиллии приходит конец, взорам сторон открываются весьма приземленные и от того до поры незримые аспекты их отношений – такие, как границы национальных юрисдикций. Вступить в брак в большинстве государств традиционно легче, чем выйти из него; соединить судьбы (а с ними и имущество) проще, чем разделить совместно нажитое состояние – а потому вопрос трансграничного развода всегда будет оставаться одним из самых драматичных в семейном праве.

Развод с иностранцем в России


Сложность данного вопроса побудила нас поделиться собственным опытом разрешения сложных семейных ситуаций, связанных с расторжением браков, заключенных между гражданами России и иностранцами. В серии статей, посвященной трансграничным разводам, мы рассмотрим основные юридические проблемы, связанные с трансграничным расторжением брака, дадим рекомендации и опишем некоторые курьезы, возникающие в процессе судебного расторжения брака с иностранцем.

Рассказ мы начнем с «профильного» для нас государства - Италии. Граждане этой замечательной страны, многоречивые и уверенные в себе, нередко становятся избранниками наших соотечественниц. К сожалению, уверенность и эмоциональность со временем нередко превращаются в склочность. К еще большему сожалению, в части правового регулирования семейных отношений преемники Юстиниана не отличаются гибкостью, а длительность и дороговизна судебного процесса в Италии давно уже стала притчей во языцех – от подачи заявления до расторжения брака может пройти до десяти лет! Все это приводит к тому, что при расторжении брака между супругами - гражданином России и гражданином Италии - супруги с большей охотой обращаются в российские суды, надеясь избежать чрезмерной волокиты итальянской юстиции.

В первом рассматриваемом деле нашим доверителем была жена, гражданка России, увязшая в бракоразводном процессе на территории Италии, который на момент подачи иска в России длился уже несколько лет. Супруг, итальянец, был весьма одиозной личностью – несмотря на то, что проживал в Италии и особенных интересов в России не имел (все его попытки отсудить в России недвижимость у жены были нами пресечены), ходя по грани уголовного закона, он в итоге получил судебный запрет приближаться к своей супруге. Расторжение брака с таким человеком должно было избавить нашего доверителя от тяжкого бремени. Здесь необходимо отметить, что проживание ответчика по делу о расторжении брака в другом государстве может создать серьезные проблемы при подаче иска. Действующее процессуальное законодательство содержит досадный пробел в части подсудности таких дел, что может приводить к отказу суда в принятии иска с формальной ссылкой на неподсудность – оспаривание такого отказа будет зависеть исключительно от компетенции юриста, который должен оказаться способен донести до судьи необходимость применения аналогии процессуального закона в целях обеспечения универсального конституционного права на судебную защиту. В рассматриваемом нами деле, впрочем, такой проблемы не возникло – наличие у нашей доверительницы несовершеннолетнего ребенка позволило нам воспользоваться территориальной подсудностью по выбору истца, установленной Гражданским процессуальным кодексом.

При первой встрече с нашим юристом судья дала понять, что собирается максимально защитить права иностранного гражданина. Защита его прав, по ее мнению, заключалась в признании недостаточной компетенции суда для уведомления гражданина Италии, и поэтому нам было поручено:

1) перевести исковое заявление на итальянский язык;
2) засвидетельствовать у нотариуса подлинность подписи переводчика на переводе искового заявления;
3) засвидетельствовать у нотариуса верность копии оригиналу перевода искового заявления с засвидетельствованной нотариусом подлинностью подписи переводчика;
4) отправить ответчику курьерской службой нотариально заверенную копию перевода искового заявления с засвидетельствованной нотариусом подписью переводчика;
5) предоставить суду нотариально заверенную копию перевода искового заявления с засвидетельствованной нотариусом подписью переводчика и квитанцию курьерской службы об отправке документов ответчику.


Поскольку в штате нашей компании состоят специалисты высокой квалификации в области юридического перевода и легализации документов, выполнение судебного поручения не составило труда. Вместе с тем, поскольку эта последовательность выполнялась нами в отношении каждого процессуального документа на протяжении всего судебного разбирательства (повестки, определения об отложении, решение и т.д.), мы можем утверждать, что ведение судебного разбирательства с лицом, постоянно проживающим в ином государстве, может привести к существенным судебным расходам. Это еще раз подчеркивает необходимость обращения к квалифицированному юристу, способному заставить суд справедливо разделить расходы между сторонами.

Требованием уведомления мужа о каждом процессуальном событии за счет истца забота судьи об интересах иностранных граждан не ограничилась. В первом же заседании нас предупредили, что сторонам будет предоставлен максимально возможный срок для примирения, предусмотренный Семейным кодексом – 3 месяца. Доводы о том, что мужу итальянским судом вообще запрещено приближаться к жене ближе, чем на сто метров, суд отклонил: «А что, если он потом придет и заявит, что могли все-таки помириться? Нам отмены решений не нужны, судить надо осторожно и с учетом всех интересов».

Стремясь учесть все интересы, суд вспомнил о существовании статьи 50 ГПК: суд назначает адвоката в качестве представителя в случае отсутствия представителя у ответчика, место жительства которого неизвестно. Адвокат был назначен судом, была выбрана дата проведения следующего заседания – и тут, по всей видимости, судью начали одолевать сомнения. Действительно, непросто сбалансировать соблюдение формальных требований закона и один из фундаментальных для России принципов – принцип процессуальной экономии. Баланс, как мы позднее узнали, все же был найден – весьма оригинальным способом. В назначенную дату мы явились в судебный участок. Представителя мужа перед кабинетом судьи мы не встретили, зато помощник судьи вышел к нам и со слегка виноватым видом сообщил, что по причине болезни судья не смогла выйти на работу, и заседание отложено на полтора месяца. Нам ничего не оставалось, кроме как пожелать судье скорейшего выздоровления и сообщить клиенту, что дело продолжает затягиваться.

Каково же было наше удивление, когда через две недели мы получили определение об отложении разбирательства в связи с предоставлением срока для примирения по взаимному согласию сторон! В определении было написано, что суд как бы провел заседание, в которое как бы явился наш представитель, как бы явился назначенный мужу адвокат, и стороны как бы договорились о продлении срока на примирение сторон. Воистину чудесные формы принимает отечественный «как бы» процесс, стремящийся и формальности выполнить, и на выплатах государственному адвокату сэкономить!

История закончилось пусть и не скоро, но все же благополучно. Судья, выдержав все мыслимые и немыслимые сроки и формальности, сдалась и развела-таки стороны. Мы получили определение суда, а в компетентном органе ЗАГС – свидетельство о расторжении брака. Легализовали для Италии оба документа, и наша доверительница, наконец, обрела свободу. Но после завершения процесса осталось впечатление, что наш суд изо всех сил стремился показать ответчику, что хоть мы и не итальянцы, но процесс затягивать тоже умеем.

Рассчитать стоимость расторжения брака…    Прочитать другие статьи