Можно ли оформить наследство, если все сроки уже прошли?

Стабильность гражданского оборота является, без преувеличения, тем краеугольным камнем, без которого немыслимо существование ни одной развитой экономической системы. Последовательный солипсист, не уверенный в том, что стул под ним не исчезнет в следующий момент, не рискнет на него садиться; нестабильный оборот вынуждает людей становиться солипсистами правовыми.

Отсутствие достаточной уверенности в том, что приобретаемое право действительно существует и не будет оспорено, парализует волю участников оборота, останавливая развитие экономики, а потому одной из первейших задач правовой системы является обеспечение правовой определенности в отношении, как минимум, гражданского оборота.

Вместе с тем, не менее важной задачей права является обеспечение справедливости. Справедливость же, будучи понятием размытым и ощущаемым скорее интуитивно, нередко вступает в противоречие с принципом правовой определенности. Сама сущность справедливости заключается в отступлении от готовой схемы в сторону коррекции сложившихся отношений тем или иным способом. Сложнейшей задачей, стоящей перед законодателем, является найти такое регулирование общественных отношений, которое, будучи ясным и предсказуемым, оставляло, тем не менее, возможность в экстраординарных ситуациях отступить от общего правила и восстановить справедливое положение дел. В сфере наследственного права такая попытка была предпринята законодателем в положениях статей 1154 и 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих вопросы, связанные со сроком принятия наследства.

Статья 1154 ГК РФ устанавливает в качестве общего правила шестимесячный срок для принятия наследства наследниками. Правовой и экономический смысл этой нормы ясен – истечение данного срока дает наследникам и их контрагентам достаточную уверенность в том, что принятое при наследовании имущество можно выпустить в оборот, не опасаясь появления других, «затаившихся» до поры наследников. Наличие пресекательного срока для принятия наследства, таким образом, имеет своей прямой целью стабилизацию оборота и определенность в отношении судьбы унаследованного имущества.

С другой стороны, нередко возникает ситуация, при которой наследник пропускает указанный срок по причинам, которые могут быть признаны настолько уважительными, что устранение его от принятия наследства становится необоснованным, а порой и просто явно несправедливым. Интересы наследников, уже принявших наследство, неизбежно вступают в противоречие с интересами наследниками, не успевших своевременно подать заявление о принятии наследства, и недопустимо было бы автоматически отказывать вторым в осуществлении их наследственных прав, не взвесив предварительно все последствия такого решения. Именно с целью примирения и выравнивания принципов правовой определенности и справедливости было введено предусмотренное статьей 1155 ГК РФ правило о восстановлении срока для принятия наследства. В соответствии с нормами, установленными данной статьей, наследник, пропустивший срок для принятия наследства в связи с тем, что он не знал и не мог знать об открытии наследства, или по иной уважительной причине, может, обратившись с заявлением в суд, восстановить данный срок и принять причитающуюся ему долю в наследстве, если заявление будет подано в суд в течение шести месяцев с того момента, когда отпали причины, препятствующие принятию таким наследником наследства.

Указание на «иные уважительные причины» в законе свидетельствует о признании законодателем своего бессилия в определении конкретных причин, которые могут быть признаны уважительными. Решение вопроса о том, является ли та или иная причина пропуска срока для принятия наследства уважительной, законодатель целиком отдал на откуп судейской дискреции. Вместе с тем, судейское усмотрение, не ограниченное заранее правилами, понятными участникам оборота, вступает в противоречие с вышеупомянутым принципом стабильности оборота. Осознавая это, 29 мая 2012 года Пленумом Верховного суда было принято Постановление N 9 "О судебной практике по делам о наследовании". В данном Постановлении Пленум предпринял попытку очертить круг обстоятельств, которые могут быть признаны «иными уважительными причинами» пропуска срока для принятия наследства. К ним были отнесены обстоятельства, связанные с личностью наследника, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п., если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом.

Однако Пленум обошел стороной весьма важный вопрос, связанный с причиной пропуска срока, прямо указанной законодателем в качестве уважительной в статье 1155. Как следует из данной статьи, с заявлением о восстановлении срока может обратиться наследник, который не знал и не должен был знать об открытии наследства. Данная формулировка была прямо переписана Пленумом без каких-либо пояснений о том, в каком именно случае наследник должен или не должен был знать об открытии наследства. Этот вопрос, вместе с тем, является одним из ключевых при восстановлении срока для принятия наследства. Поскольку, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, бремя доказывания того, что наследник не должен был знать об открытии наследства, лежит на нем самом. Вместе с тем, как следует из общей теории доказательств, доказывание негативного факта в отсутствие четко установленных презумпций и правил их опровержения является непосильным бременем для стороны. Таким образом, устранившись от разрешения вопроса о том, в каких случаях наследник должен был знать об открытии наследства, Верховный суд вынудил стороны по делам о восстановлении срока в каждом конкретном случае не только доказывать фактические обстоятельства дела, но и обосновывать перед судом обоснованность правовой позиции по вопросу о стандарте доказывания собственного незнания.

Можно выделить два подхода к вопросу о доказывания характера неосведомленности наследника об открытии наследства. В соответствии с первым из них применению подлежит стандарт добросовестного третьего лица; если бы, обладая тем набором фактов, которыми обладал истец, добросовестное и разумное третье лицо не смогло бы из них сделать вывод об открытии наследства, следует признать, что и истец об открытии наследства не должен был знать. В этом случае суд должен исследовать вопрос о том, знал ли истец фактически об открытии наследства и, если не знал – то был ли он при этом достаточно разумен. Отказ в восстановлении срока для принятия наследства в этом случае будет считаться санкцией за недостаточную разумность и осмотрительность наследника. Данный подход, тем не менее, тяготеет к чрезмерному облегчению бремени доказывания для истца, который таким образом получает возможность удерживать те доказательства, которые свидетельствуют в пользу его осведомленности о факте открытия наследства, и предоставлять лишь те, которые подкрепляют его позицию.

Альтернативным толкованием статьи 1155 ГК РФ является подход, в соответствии с которым, по крайне мере, в тех случаях, когда наследник является родственником наследодателя, слова «не должен был знать» подразумевают, помимо фактического знания и требования разумности, также и наличие специфической обязанности по отслеживанию судьбы наследодателя. На наш взгляд, наличие такой обязанности может быть выведено из начал семейного права, указанных в статье 1 Семейного кодекса РФ, а именно из признания необходимости укрепления семьи, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов. Такая необходимость проявляется в презюмируемой семейно-правовой обязанности членов семьи следить за судьбой других членов семьи, в том числе знать о смерти членов семьи и открытии после них наследства, а санкцией за неисполнение этой обязанности как раз и является отказ в восстановлении срока для принятия наследства недобросовестному наследнику, устранившемуся от семейной жизни.

Преимущество данного подхода заключается, в первую очередь, в том, что он позволяет установить презумпцию знания наследника об открытии наследства, которая должна активно опровергаться наследником. Таким образом, с одной стороны, четко очерчиваются пределы бремени доказывания, лежащего на истце, с другой же, не происходит чрезмерного ущемления прав уже принявших наследство наследников, поскольку восстановление срока для принятия наследства остается экстраординарной мерой. Другим преимуществом признания за наследником такой обязанности является возможность по аналогии распространить на нее гражданско-правовое и семейно-правовое регулирование.

В недавнем деле, в котором юристы нашей компании представляли интересы истца, обратившегося в суд с требованием о восстановлении срока для принятия наследства, нами было предложено именно такое толкование статьи 1155 ГК РФ. Истец, молодой человек, в детстве был брошен своим пьющим отцом и прожил всю жизнь, не видясь с ним. Через год после смерти отца нашего клиента разыскала соседка отца. Поскольку шестимесячный срок для принятия наследства был пропущен, наш клиент был вынужден обратиться в суд с требованием о признании его наследником, принявшим наследство, и восстановлении срока для принятия наследства.

Сперва судья подвергла сомнению возможность восстановления срока ввиду того, что наследник и наследодатель являлись отцом и сыном, проживали в одном населенном пункте – городе Москве - наследник, по мнению судьи, должен был знать о смерти отца и открытии наследства. Нами было предложено применить по аналогии норму семейного права, регулирующего иные обязанности членов семьи в отношении друг друга, а именно обязанность трудоспособных детей по содержанию нетрудоспособных родителей. Согласно п. 5 ст. 87 СК РФ, трудоспособный ребенок может быть освобожден от данной обязанности, если докажет, что родитель не участвовал в его воспитании и не исполнял надлежащим образом свои родительские обязанности. Наша позиция заключалась в том, что, поскольку наследодатель не исполнял свои родительские обязанности в отношении истца, и, будь он жив, истец был бы освобожден от имущественных обязанностей в его пользу, следовало признать отсутствие у истца и неимущественных семейно-правовых обязанностей в отношении отца, в частности, обязанности следить за судьбой отца, знать о его смерти и, соответственно, о факте открытия наследства.

Данная позиция была поддержана судьей, в результате чего нашему клиенту была присуждена семизначная сумма на банковских счетах наследодателя, а также двухкомнатная квартира в Москве и земельный участок в Московской области.

Рассчитать стоимость оформления наследства…    Прочитать другие статьи